Иван Корсак

«Запрет полетов «Белавиа» — это тот случай, когда с перхотью стали бороться при помощи гильотины»

Эксперты о том, кто больше пострадал от запрета полетов из Беларуси в Евросоюз — режим или граждане.

13 сентября эксперты ICAO (Международная организация гражданской авиации) должны опубликовать предварительные данные расследования с посадкой в мае в Минске самолета ирландской авиакомпании Raynair. Для этого специалисты ICAO посещали Беларуси, где им предоставлялись официальные данные.

От решения будет зависеть, смогут ли в ближайшем будущем самолеты вновь летать из Беларуси в Европу и наоборот. В преддверии данного решения «Филин» опросил несколько экспертов.

Кто больше потерпел от ограничений — режим или обычные граждане Беларуси? Политолог, экс-дипломат Павел Мацукевич считает однозначно: удар пришелся по гражданскому обществу.

— По-моему, это отразилось только на гражданах Беларуси, само собой ударило по авиакомпании «Белавиа». Кардинально сократилось количество маршрутов. По тем, что сохранились, увеличились цены. Уменьшились до минимума возможности для белорусов, попавших под репрессивный каток, экстренно покинуть страну.

И вообще это было странное решение, наказать «Белавиа» за инцидент, к которому авиакомпания не имеет никакого отношения. Более чем сомнительное — с точки зрения поддержания общественных связей с миром, которые сегодня так важны для Беларуси, попавшей в тоталитарные тиски. Я был сказал, что это был удар под дых гражданскому обществу, потерявшему канал сообщения.

В ЕС почему-то принято считать, что если включить в санкционные списки государственное предприятие, особенно крупное, скажем, МАЗ или БелАЗ, то пострадает режим. Хотя никакой прямой связи эти предприятия с Лукашенко не имеют. Не нужно путать бюджет страны с карманом режима, ставить знак равенства между Беларусью и Лукашенко. Это совершенное заблуждение.

Единственная санкционная мера, которая была удачна, потому что затронула режим и никого больше, — это отлучение Лукашенко от Олимпиады. Все остальные санкции в большинстве своем имеют очевидный прямой ущерб для экономики и финансов, репутации страны и, в лучшем случае, косвенно задевают режим. 

В истории с «Белавиа» белорусские власти даже смогли проявить себя как защитники несправедливо наказанной авиакомпании, пробив для нее в утешение пару новых направлений в Россию и Казахстан.

Мне кажется, что Евросоюзу нужно не мелочиться и принять противоположное политическое решение — открыть для «Белавиа» все пути в Европу, даже ранее закрытые европейскими конкурентами — нашу компанию пускали не во все аэропорты, куда она стремилась.

Потому что это как глоток воздуха и свободы нужно белорусам и Беларуси. 

Политический обозреватель Александр Класковский считает, что европейские власти сильно поспешили со своим решением.

— Если говорить искренне, то это не то решение Евросоюза, которому широкие слои белорусского населения могут аплодировать, — сказал «Филину» аналитик. — Я думаю, что в Европе были напуганы этим инцидентом. Впервые разговор шел о безопасности граждан ЕС, так как выполнялся рейс Афины — Вильнюс, между двумя странами Евросоюза. Раньше все-таки говорили о том, что диктатор душит белорусов, своих людей. Это вызывало «глубокую обеспокоенность», но не настолько, своя рубашка всегда ближе телу.

Брюссель решил, что не надо давать Минску причин повторить что-то подобное, отсюда и такое резкое решение. Мне кажется, что это как раз тот случай, когда с перхотью стали бороться при помощи гильотины.

Смотрите, у Лукашенко есть свой «Боинг», и летает он почти исключительно к Путину. Окружение Лукашенко, в основном, тоже невыездные. То есть пострадали в большей мере обычные граждане Беларуси. В том числе противники режима: вы же видите, как многие вынуждены уезжать из страны, чтобы не попасть за решетку. Именно для этих людей возникли дополнительные трудности.

Мне кажется, что чем выше стена между Беларусью и ЕС, тем удобнее режиму уничтожать гражданское общество. Как там писал Якуб Колас: «І ў астрог нас завялі, і таўкуць без меры». Европа про эту высокую стену мало что знает.

И наоборот, чем больше Европы в Беларуси, тем больше шансов сохранить независимость и надеяться на прогрессивные перемены в будущем. Про эту логику европейские чиновники иногда забывают.

Александр Класковский

А вот политолог Арсений Сивицкий считает, что от данной ситуации потерпели обе стороны.

— Мне кажется, что от этих санкций и белорусские власти, и белорусское общество пострадали в одинаковой мере. С одной стороны — они лишили белорусский режим одного из источника заработка и ухудшили положение «Белавиа», — сказал собеседник «Филина». — Если смотреть с бытовой стороны, то больше всего неудобств эти санкции доставили обычным белорусам, которые были вынуждены перестраивать свою логистику для путешествий или бизнеса. Это привело к дополнительным издержкам.

Сдерживающим фактором остается на сегодня пандемия каронавируса, закрытость значительной части стран для туризма. И если бы эти ковидные ограничения отсутствовали, то это была бы катастрофа и внутриполитического характера.

Пока что этого не происходит, для белорусов минимум три транзитных хаба — Стамбул, Москва и Тбилиси.

Если говорить о мотивах санкций, то нужно помнить, что Евросоюз руководствовался своими интересами. И в самую последнюю очередь учитывает интересы белорусского общества и государства. В этом смысле, главная цель санкций — наказать официальный Минск за его неприемлемое поведение, — считает Сивицкий.

Какой может быть выход из данной ситуации?

Павел Мацукевич уверен, что Европа может спокойно, как и ввела, так и отменить данные ограничения:

— Если в расследовании не будет установлена вина «Белавиа», будет хороший повод (если без него никак) и все основания снять блокаду с компании.

Здесь, вообще говоря, вышла не очень приличная история для европейских политиков. Беларусь наказали за инцидент до завершения расследования по нему.

Напомню другую, куда более драматичную историю, когда в конце 1980-х Каддафи сбил американский пассажирский самолет и в результате погибли 270 человек. Санкции ждали итогов расследования, которое длилось три года. 

Если не следовать правилам, то можно опуститься до Лукашенко, которому «иногда не до законов».

Адекватным и логичным в той ситуации было бы рекомендовать европейским авиакомпаниям облетать Беларусь до завершения расследования, но не обламывать сгоряча крылья «Белавиа», вина которой лишь в том, что она белорусская. 

Мне кажется, Европейскому союзу стоит более внимательно подходить к своим санкционным мерам, руководствоваться принципом «не навреди». Точно не стоит принимать меры, основной результат которых связан с ухудшением положения Беларуси и белорусов, и лишь опосредованно касается режима.

Изоляция и бедность не способствуют борьбе за свободу и украденные выборы. Людям в такой ситуации приходится смириться и думать только о выживании.

Александр Класковский видит более широкую цепочку связей и решений:

— Надо дождаться выводов ICAO, они будут иметь большую значимость. Белорусская сторона, немного забегая вперед, устами главы Департамента авиации Сикорского сказала, что наша сторона во всем их убедила. И уезжала делегация из Беларуси совсем с другим настроением, нежели приезжала. Скоро увидим, правда ли это.

Если ICAO подтвердит, что белорусская сторона действовала незаконно, то, конечно, Брюсселю трудно будет быстро ликвидировать эти решения, разговор будет вестись о сохранении лица.

Для танго нужны двое, а из официального Минска танцор не очень хороший. Кризис может затянуться.

Решение может быть найдено в рамках более широкого процесса, когда белорусские власти начнут выпускать политзаключенных, а Евросоюз в ответ сначала приостанавливать, а потом, возможно, и совсем замораживать санкции. Этот процесс маловероятный, но даже от Лукашенко звучит все чаще: «Если вы хотите договариваться, то давайте договариваться».

Необходимость в этих переговорах существует. Вопрос — на каких условиях. Рано или поздно процесс вполне может быть запущен. И положительное решение по авиасообщению могло бы стать частью данного процесса.

Мне кажется, в Брюсселе уже поняли, что решение было импульсивным и не очень взвешенным. Надо учитывать и бизнес-интересы: европейские авиаперевозчики могут тоже высказывать свое недовольство из-за этого решения. Перспективы решения этого вопроса есть, но они в более широких белорусско-европейских отношениях.

У Арсения Сивицкого есть как оптимистический сценарий решения вопроса, так и пессимистический. Пока эксперт склоняется, скорее, ко второму.

— Дальнейшее развитие событий в плане сохранения или нет санкций будет зависеть от поведения белорусских властей. Здесь есть два сценария.

Первый — базируется на результатах переговоров миссии ICAO. Если судить по отзывам властей, то они настроены оптимистично. И это косвенно подтверждает, что результаты расследования могут подтвердить версию властей. Это может подтолкнуть ЕС, который в октябре будет принимать решение о продлении санкций или снятии, пересмотреть свое решение.

Второй сценарий — более пессимистичный. Независимо от того, какими будут результаты расследования ICAO, введение пятого пакета санкций из-за миграционного кризиса все равно произойдет.

У официального Минска есть около недели до того, когда в Брюсселе вновь соберутся обсуждать санкции, чтобы послать какие-то деэскалационные сигналы. Одним из таких может стать нормализация ситуации на белорусско-европейской границе. И возвращение белорусской стороной к выполнению договоренностей с ЕС в одностороннем порядке.

Стабилизация ситуации на границе позволила бы избежать расширения санкций против авиационного сектора Беларуси, даже если пятый пакет будет принят. Это сфера дипломатического торга, но я не вижу, чтобы белорусская сторона этим воспользовалась.

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 1.8 (оценок:98)