Общество

Екатерина Сельдереева

Дневник войны, глава 18: «Замечаю, что практически не слышу во Львове русского языка – здесь шутят, что на третий день по прибытию все переходят на украинский»

Украинская журналистка Екатерина Сельдереева специально для читателей «Салiдарнасцi» описывает, чем живет Украина, переживающая третий месяц вторжения российских войск.

Фото: city-adm.lviv.ua

Спустя почти три месяца войны большинство украинцев уже прошли адаптационный процесс: как бы это ни было трудно, люди нашли свое место в сложившейся системе координат.

Кто-то определил для себя войну, как время возможностей: забыть о прошлом и начать жизнь с чистого листа. Кто хотел уехать за границу – уехали, кто хотел поменять род деятельности – активно переучиваются, осваивая новые знания, которые еще никогда не были такими доступными, как сейчас. А кто-то начал учиться жить заново.

Каждый день, идя на прогулку в парк, я прохожу мимо очередей возле местных органов социальной защиты. Это переселенцы с Харьковской, Донецкой, Луганской, Херсонской областей. Мамы с детьми уставшие, но с жизнью в глазах – им есть ради кого жить, даже потеряв дом.

А вот одинокие пенсионеры… По их взгляду кажется, что они потеряли там не только дом, но и жизнь в целом. Некоторые похоронили своих детей. А некоторые даже не смогли и этого, оставив сыновей и дочерей под завалами навсегда.

Рядом с этим же парком почти закончили обустройство модульного городка для семей, эвакуирующихся с мест проведения активных военных действий. 120 маленьких домиков почти на 350 человек. Символично, что временный городок расположен возле церкви с названием «Голгофа». У каждого из переселенцев, как и у Иисуса, теперь тоже есть свое распятие.

Перемены произошли и в обычном общении: у кого-то за время войны поменялся круг знакомых – в тяжелой ситуации оказалось намного проще понять, кто тебе друг, а кто только им кажется. Помимо этого, многие украинцы нашли ответ на вопрос о национальной самоидентификации.

Помню, как в первые дни войны пошла на «охоту» за продуктами в магазин. В очереди слышала диалог женщины лет пятидесяти и девушки-кассира:

– Я після 24-го одразу на українську перейшла! Мені так подобається! Боже, чому я стільки років була іноземкою в своїй Батьківщині?! Не хочеться мати з тими росіянами нічого спільного, не хочеться, щоб вони мене розуміли!

А сейчас я замечаю, что практически не слышу во Львове русского языка – здесь шутят, что на третий день по приезду беженцы с восточного и как правило, русскоговорящего региона Украины переходят на украинский.

Это тоже наш ответ на российскую военную агрессию.

Оцените статью

1 2 3 4 5

Средний балл 4.4(26)

Читайте еще