Целью Кремля является поддержание у населения уверенности в том, что «мы круче, чем поросячьи хвостики»

Политолог Владимир Пастухов при помощи «Евгения Онегина» блистательно объясняет, зачем Россия выкатила Западу заведомо неприемлемый ультиматум по поводу НАТО.

– Это акция, которая в большей степени, как и все то, что делает Кремль, направлено на потребление внутренней аудитории, чем внешней. Потому что, как ни странно, вот вроде бы у нас есть Министерство иностранных дел, у нас есть внешнеполитические разнообразные щупальца, у нас есть внешнеторговые организации. Но, в конечном счете, мне кажется, что у России сегодня нет внешней политики, как это ни парадоксально, – сказал Владимир Пастухов в эфире Эха Москвы. – У России есть всеобъемлющая внутренняя политика, в угоду которой стравлено все остальное.

Целью любой внешнеполитической акции России является поддержание у населения абсолютной уверенности в том, что мы круче, чем поросячьи хвостики.

Складывается общее впечатление, что одна из скреп, на которой держится стабильность нынешнего режима – это внушение населению мысли о том, что все возвращено на самом деле, что мы все отыграли, что мы снова великий народ, что нас снова все боятся-уважают; что мы – очаг добра, светоч просвещения и что лучше нас, круче нас никого нету. И, собственно, на поддержание этого работают все институты.

В советское время со сталинских времен пропаганда мира, общество мира, движение за мир, подпитываемое из Советского Союза движение за мир в Европе – это был важнейший элемент пропаганды и внешней, но в первую очередь внутренней, потому что мы внушали себе, что мы самый миролюбивый народ, мы являемся вечной жертвой всех агрессий, никогда сами не совершали никаких агрессий. Это очень важная скрепа, это очень важный шуруп, ввинченный в сознание русского народа, который на самом деле является имперским народом, колонизирующим.

Россия является одной из самых мощных колонизирующих, расширявшихся в пространстве держав. Но ментально один из наших главных шурупчиков, которые в нашем черепе, он состоит в том, что нет, это мы вечная жертва агрессии, мы расширялись только из внешнего давления. Понимаете, какие мы удивительные. Мы расширяемся, но не потому, что необходимо расширяться, а вот нас давят – и мы пухнем.

Я отношу все, что мы сейчас приняли, прежде всего, по этому разряду. Потому что тот ультиматум, который Россия выкатила Западу, он, если вдуматься, является абсолютно нереализуемым.

Центральным пунктом этого ультиматума является требование каких-то гарантий, которые никто, кроме Господа Бога, России дать не может. Ну потому что нет таких гарантий, не существует. Во-вторых, это требование гарантий, которые предполагают, что нужно переломить через колено все те ценностные установки, на которых построено западное общество, а именно: нужно чтобы два дяди за спиной третьего государства, как бы к нему ни относиться, договорились между собой о том, что они с ним сделают и выкатили этому государству постфактум его судьбу.

В чем позиция Кремля? Она ведь еще демонстративно унизительная такая. Ну да, так было принято. Я помню, один из европейских монархов, посовещавшись с Бисмарком, сказал, что «этот человек опасен: он называет вещи своими именами».

Мы такие Бисмарки XXI века, просто мы лет на 200 опоздали. То есть мы приходим в Европу сейчас как пацаны и говорим: «Так, ребята, мы знаем, что у вас у всех тут ложь. Мы же знаем, что на самом деле вся эта ваша демократия, вся эта ваша борьба с коррупцией, все ваши этические принципы – это все сказки, которые вы можете рассказывать кому угодно, но только не нам. Мы-то знаем, что вы такие же дикие, как мы. И поэтому мы будем разговаривать с вами на нашем, понятном нам языке по понятиям.

Короче, мужики, Украина – ничто. Мы знаем, что она там ничего не решает, и вообще там ничего бы не происходило, если бы вы туда не влезли. Это мы с вами там тягаемся.

Поэтому давайте мы с вами договоримся, что Украину вы оставляете нам, ну пусть формально она будет независима. А гарантией будет то, что вы ее ни в какое НАТО не берете, войск ни тут, ни рядом вы нигде не ставите. Из Восточной Европы вы тоже уйдете. Это все мы должны закрепить в письменном виде».

Мне очень интересно посмотреть бы на этот документ…

По мнению Пастухова, Кремль выкатил заведомо неприемлемые предложения для еще большей мобилизации, милитаризации ментальности собственного населения на случай войны:

– Чтобы была объяснялка: «Ребята, мы сделали все, что могли. Мы не хотели этой войны. Мы к ним со всей душой, а они нам в эту душу плюнули. И поэтому другого ничего нам не остается. Мы сделали все, чтобы достигнуть мира. Мы протянули им лапу дружбы с нашей елово-оливковой ветвью. Но они ее отвергли»...

Всю прошлую неделю я искал достойную метафору происходящему в отношениях между Путиным и Байденом. И потом понял, что мне поздно метаться, потому что лучше всего эту ситуацию описал Пушкин. Он как бы ее просто практически изложил с обеих сторон. Она называется: «Мой дядя самый честных правил, когда не в шутку занемог, он уважать себя заставил и лучше выдумать не мог».

То есть Россия слабеющая империя, которая не выдерживает реально экономической, технологической конкуренции с Западом, которая пережила сложнейшую травму реального проигрыша в холодной войне, чувствует себя обиженной, обобранной и обманутой, она, не в шутку занемогшая, она заставали себя уважать. И поэтому все ее поведение требует демонстративного уважения к каждому своему шагу. Это то, что она требует от Запада.

А Запад относится к тому приблизительно как молодой Онегин, то есть он вынужден с этим возиться, что-то с этим делать, ехать в Женеву. Опять-таки черт их знает, «от этих животных, – как писал Маркс – всего можно ожидать». Это Маркс, это не кто-то другой. И вдруг влезут в Украину, и наша жизнь спокойная пойдет к черту. То есть надо сидеть и ублажать у постели, разговаривать, улучшать и «вздыхать и думать про себя: Когда же черт возьмет тебя!»

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 4.9 (оценок:41)